Neilikka
08-24-2008, 05:41 AM
вчера с подругой в кафе сидела. слушала ее рассуждения о московской жаре, о новой книге иэна бэнкса и о ее коллеге-ловеласе бориске. «уж так этот бориска всем нашим девушкам в офисе надоел», – говорила подруга, снимая с головы шляпку из подозрительной соломки и обмахивая ею декольте.
– каждую из нас в свое время он пытался склонить к греховной связи. буквально каждую! и восемнадцатилетнюю леночку-секретаршу кадрил, и аллу сергеевну из отдела кадров, у которой два внука. и знаешь что самое смешное? мы только недавно это выяснили».
оказалось, бориска всех новоприбывших сотрудниц – скорей-скорей, пока они не освоились в новом коллективе, не расслабились, не осмелели, короче, не сообразили, как он, бориска, менеджер среднего звена, смешон и жалок, – пытался убедить в собственном величии и сексуальности.
а раскрылось всё так. подруга моя с секретаршей леночкой после работы в трамвай забежали, уселись и сразу услышали знакомый голос. *то бориска на переднем сиденье очаровывал новую даму из бухгалтерии. «женщина для меня – это святое, – гундел бориска на весь трамвай, не оборачиваясь. – женщина – это свет во тьме, это чистота и нежность». бухгалтерша нервно хихикала и отодвигалась. бориска наседал, тянулся к ее ушку и объяснял, что жена его давно не понимает, что они с ней совсем чужие люди и он давно ждет ту, которая разделит с ним все тяготы столичной жизни и однокомнатную квартиру – наследство от бабушки.
леночка тихо удивилась: «ну и ну! он мне точно такие же слова полгода назад говорил!» подруга моя тоже призналась: «а мне – два года назад. еще и стихи читал». как по заказу бориска завыл: «когда тебе вдруг станет одиноко / взгляни на звезды, там во тьме далекой, /в лучах таинственных нездешнего эфира, /мои глаза…» моя подруга и леночка хором закончили: «глаза чужого мира!»
бориска обернулся. покраснел. бухгалтерша испугалась и икнула. «он вам про жен декабристов уже говорил? – спросила моя подруга. – на край света, то есть в алтуфьево, звал?» леночка закинула в рот жвачку и уточнила: «однушка на алтуфьевском шоссе, ключи на руках. ничего не бойся, мой солнечный зайчик!»
подруга очень веселилась, когда мне это рассказывала: «классно мы его на чистую воду вывели, да?» а мне было жаль бориску. человек придумал схему соблазнения и использует ее как может. он что, обязан каждый раз, когда ему захочется трахнуть бабу, изобретать что-то новое? *азве мы, женщины, сами не кокетничаем по давно отработанной методике? *азве не стреляем глазками согласно древней траектории «в угол, на нос, на предмет»? господи, да павлин всегда одинаково расправляет свои перья, а кошка одинаково вертит хвостом перед мордой кота. что тут еще нового придумаешь?
я, например, чуть ли не каждому кавалеру в минуты наибольшей нежности, прощаясь после свидания, шепотом читаю стихи ахматовой: «а мальчик мне сказал, боясь, / совсем взволнованно и тихо, / что там живет большой карась, / а с ним большая карасиха». один гражданин, когда это услышал, вырвался, рухнул на руль своего автомобиля и с горечью произнес: «боже мой, ты даже не помнишь, что уже читала мне это…» я пожала плечами, отвернулась и стала смотреть на свой темный двор. я злилась: «какого черта! я что, всех вас помнить должна?» но мне, конечно же, было и неловко. за себя, за этого идиота, который не может подыграть. за все эти дурацкие церемонии свиданий-обольщений, которые мы вынуждены совершить, прежде чем окажемся в постели.
у этой кадрили все па давно отрепетированы. другое дело, что не все готовы танцевать без остановки. вот мы сидели вчера вечером с подругой в кафе и пили ледяной чай, отдыхали. а несчастный бориска опять, наверное, ехал с кем-то в громыхающем трамвае и безрезультатно восхищался женами декабристов.
наталья *адулова
– каждую из нас в свое время он пытался склонить к греховной связи. буквально каждую! и восемнадцатилетнюю леночку-секретаршу кадрил, и аллу сергеевну из отдела кадров, у которой два внука. и знаешь что самое смешное? мы только недавно это выяснили».
оказалось, бориска всех новоприбывших сотрудниц – скорей-скорей, пока они не освоились в новом коллективе, не расслабились, не осмелели, короче, не сообразили, как он, бориска, менеджер среднего звена, смешон и жалок, – пытался убедить в собственном величии и сексуальности.
а раскрылось всё так. подруга моя с секретаршей леночкой после работы в трамвай забежали, уселись и сразу услышали знакомый голос. *то бориска на переднем сиденье очаровывал новую даму из бухгалтерии. «женщина для меня – это святое, – гундел бориска на весь трамвай, не оборачиваясь. – женщина – это свет во тьме, это чистота и нежность». бухгалтерша нервно хихикала и отодвигалась. бориска наседал, тянулся к ее ушку и объяснял, что жена его давно не понимает, что они с ней совсем чужие люди и он давно ждет ту, которая разделит с ним все тяготы столичной жизни и однокомнатную квартиру – наследство от бабушки.
леночка тихо удивилась: «ну и ну! он мне точно такие же слова полгода назад говорил!» подруга моя тоже призналась: «а мне – два года назад. еще и стихи читал». как по заказу бориска завыл: «когда тебе вдруг станет одиноко / взгляни на звезды, там во тьме далекой, /в лучах таинственных нездешнего эфира, /мои глаза…» моя подруга и леночка хором закончили: «глаза чужого мира!»
бориска обернулся. покраснел. бухгалтерша испугалась и икнула. «он вам про жен декабристов уже говорил? – спросила моя подруга. – на край света, то есть в алтуфьево, звал?» леночка закинула в рот жвачку и уточнила: «однушка на алтуфьевском шоссе, ключи на руках. ничего не бойся, мой солнечный зайчик!»
подруга очень веселилась, когда мне это рассказывала: «классно мы его на чистую воду вывели, да?» а мне было жаль бориску. человек придумал схему соблазнения и использует ее как может. он что, обязан каждый раз, когда ему захочется трахнуть бабу, изобретать что-то новое? *азве мы, женщины, сами не кокетничаем по давно отработанной методике? *азве не стреляем глазками согласно древней траектории «в угол, на нос, на предмет»? господи, да павлин всегда одинаково расправляет свои перья, а кошка одинаково вертит хвостом перед мордой кота. что тут еще нового придумаешь?
я, например, чуть ли не каждому кавалеру в минуты наибольшей нежности, прощаясь после свидания, шепотом читаю стихи ахматовой: «а мальчик мне сказал, боясь, / совсем взволнованно и тихо, / что там живет большой карась, / а с ним большая карасиха». один гражданин, когда это услышал, вырвался, рухнул на руль своего автомобиля и с горечью произнес: «боже мой, ты даже не помнишь, что уже читала мне это…» я пожала плечами, отвернулась и стала смотреть на свой темный двор. я злилась: «какого черта! я что, всех вас помнить должна?» но мне, конечно же, было и неловко. за себя, за этого идиота, который не может подыграть. за все эти дурацкие церемонии свиданий-обольщений, которые мы вынуждены совершить, прежде чем окажемся в постели.
у этой кадрили все па давно отрепетированы. другое дело, что не все готовы танцевать без остановки. вот мы сидели вчера вечером с подругой в кафе и пили ледяной чай, отдыхали. а несчастный бориска опять, наверное, ехал с кем-то в громыхающем трамвае и безрезультатно восхищался женами декабристов.
наталья *адулова