mai_ra
10-06-2008, 09:30 AM
Фаина Раневская
Семья заменяет все. Поэтому, прежде чем ее завести, стоит подумать, что тебе важнее: все или семья.
Фаина Георгиевна не раз повторяла, что не была счастлива в любви: «Моя внешность испортила мне личную жизнь». Раневская не ждала взаимности - она ждала, что как‑нибудь, однажды, сердце ее успокоится, закончится бесполезный бунт против самой себя. Кажется, не дождалась. Но трезвей ее в вопросах любви и брака не было.
- Удивительно, - сказала задумчиво Раневская. - Когда мне было 20 лет, я думала только о любви. Теперь же я люблю только думать.
Раневская всю жизнь прожила одиноко: ни семьи, ни детей. Однажды ее спросили, была ли о на когда‑нибудь влюблена.
- А как же, - сказала Раневская, - вот было мне девятнадцать лет, поступила я в провинциальную труппу - сразу же и влюбилась. В первого героя‑любовника! Уж такой красавец был! А я‑то, правду сказать, страшна была, как смертный грех… Но очень любила ходить вокруг, глаза на него таращила, он, конечно, ноль внимания…
А однажды вдруг подходит и говорит шикарным своим баритоном: «Деточка, вы ведь возле театра комнату снимснимаете? Так ждите сегодня вечером: буду к вам в семь часов».
Я побежала к антрепренеру, денег в счет жалованья взяла, вина накупила, еды всякой, оделась, накрасилась- жду сижу. В семь нет, в восемь нету, в девятом часу приходит… Пьяный и с бабой!
«Деточка, - говорит, - погуляйте где‑нибудь пару часиков, дорогая моя!»
С тех пор не то что влюбляться - смотреть на них не могу: гады и мерзавцы!
Раневская выступала на одном из литературно‑театральных вечеров. Во время обсуждения девушка лет шестнадцати спросила:
- Фаина Георгиевна, что такое любовь?
Раневская подумала и сказала:
- Забыла. - А через секунду добавила: - Но помню, что это что‑то очень приятное.
На том же вечере Раневскую спросили:
- Какие, по вашему мнению, женщины склонны к большей верности - брюнетки или блондинки?
Не задумываясь, она ответила:
- Седые!
- Вы не поверите, Фаина Георгиевна, но меня еще не целовал никто, кроме жениха.
- Это вы хвастаете, милочка, или жалуетесь?
Великая русская актриса Александра Яблочкина пребывала в девицах до старости.
Как‑то она спросила у Раневской, как, собственно, занимаются любовью. После подробного рассказа Раневской Яблочкина воскликнула:
- Боже! И это все без наркоза!!!
Сотрудница Радиокомитета N. постоянно переживала драмы из‑за своих любовных отношений с сослуживцем, которого звали Симой: то она рыдала из‑за очередной ссоры, то он ее бросал, то она делала от него аборт… Раневская называла ее «жертва ХераСимы».
- У меня будет счастливый день, когда вы станете импотентом, - заявила Раневская настырному ухажеру.
Расставляя точки над i, собеседница спрашивает у Раневской.
- То есть вы хотите сказать, Фаина Георгиевна, что Н. и Р. живут как муж и жена?
- Нет. Гораздо лучше, - ответила та.
У Раневской спросили, не знает ли она причины развода знакомой пары. Фаина Георгиевна ответила:
- У них были разные вкусы - она любила мужчин, а он - женщин.
- Фаина Георгиевна, на что похожа женщина, если ее поставить вверх ногами?
- На копилку.
- А мужчина?
- На вешалку.
- Если женщина говорит мужчине, что он самый умный, значит, она понимает, что второго такого дурака она не найдет.
Раневская возвращается с гастролей. Разговор в купе. Одна говорит: «Вот вернусь домой и во всем признаюсь мужу».
Вторая: «Ну, ты и смелая».
Третья: «Ну, ты и глупая».
Раневская: «Ну, у тебя и память».
Отправившись - от нечего делать на гастролях днем - в зоопарк, артисты увидели необычного оленя, на голове которого вместо двух рогов красовалось целых четыре.
Послышались реплики:
- Какое странное животное! Что за фокус?
- Я думаю, - пробасила Раневская, - что это просто вдовец, который имел неосторожность снова жениться.
Однажды Раневская спросила Ахматову:
- Кто муж овцы? Ахматова сказала:
- Баран, так что завидовать нечему.
Разгадывают кроссворд:
- Женский половой орган из пяти букв?
- По вертикали или по горизонтали?
- По горизонтали.
- Тогда ротик.
Опять отгадывают кроссворд.
- Падшее существо, пять букв, последняя мягкий знак?
Раневская быстро:
- Рубль!
Актеры обсуждают на собрании труппы товарища, который обвиняется в гомосексуализме: «Это растление молодежи, это преступление…»
- Боже мой, несчастная страна, где человек не может распорядиться своей жопой, - вздохнула Раневская.
Как‑то в 60‑е годы Раневская и еще несколько артисток ее театра поехали по путевке на Черное море. А муж одной из ее товарок достал путевку в другой санаторий этого же курорта. Потом Фаина Георгиевна рассказывала:
- И вот раз муж пришел навестить жену. Прогуливаются они по аллее, и все встречные мужчины очень приветливо раскланиваются с его женой.
Муж заинтересовался:
- Кто это?
- Это члены моего кружка…
Затем все вместе пошли провожать мужа до его санатория. Видят, там многие женщины раскланиваются с ним.
- А кто это? - спрашивает жена.
- А это кружки моего члена.
- Н. относится ко мне, как к собаке, - жаловалась Раневская. - Даже хуже! У собаки есть меховое манто, а мне о нем приходится только мечтать.
- Лесбиянство, гомосексуализм, мазохизм, садизм - это не извращения, - строго объясняет Раневская. - Извращений, собственно, только два: хоккей на траве и балет на льду.
Если женщина идет с опущенной головой - у нее есть любовник! Если женщина идет с гордо поднятой головой - у нее есть любовник! Если женщина держит голову прямо - у нее есть любовник! И вообще - если у женщины есть голова, то у нее есть любовник!
Союз глупого мужчины и глупой женщины порождает мать‑героиню. Союз глупой женщины и умного мужчины порождает мать‑одиночку. Союз умной женщины и глупого мужчины порождает обычную семью. Союз умного мужчины и умной женщины порождает легкий флирт.
Семья заменяет все. Поэтому, прежде чем ее завести, стоит подумать, что тебе важнее: все или семья.
Фаина Георгиевна не раз повторяла, что не была счастлива в любви: «Моя внешность испортила мне личную жизнь». Раневская не ждала взаимности - она ждала, что как‑нибудь, однажды, сердце ее успокоится, закончится бесполезный бунт против самой себя. Кажется, не дождалась. Но трезвей ее в вопросах любви и брака не было.
- Удивительно, - сказала задумчиво Раневская. - Когда мне было 20 лет, я думала только о любви. Теперь же я люблю только думать.
Раневская всю жизнь прожила одиноко: ни семьи, ни детей. Однажды ее спросили, была ли о на когда‑нибудь влюблена.
- А как же, - сказала Раневская, - вот было мне девятнадцать лет, поступила я в провинциальную труппу - сразу же и влюбилась. В первого героя‑любовника! Уж такой красавец был! А я‑то, правду сказать, страшна была, как смертный грех… Но очень любила ходить вокруг, глаза на него таращила, он, конечно, ноль внимания…
А однажды вдруг подходит и говорит шикарным своим баритоном: «Деточка, вы ведь возле театра комнату снимснимаете? Так ждите сегодня вечером: буду к вам в семь часов».
Я побежала к антрепренеру, денег в счет жалованья взяла, вина накупила, еды всякой, оделась, накрасилась- жду сижу. В семь нет, в восемь нету, в девятом часу приходит… Пьяный и с бабой!
«Деточка, - говорит, - погуляйте где‑нибудь пару часиков, дорогая моя!»
С тех пор не то что влюбляться - смотреть на них не могу: гады и мерзавцы!
Раневская выступала на одном из литературно‑театральных вечеров. Во время обсуждения девушка лет шестнадцати спросила:
- Фаина Георгиевна, что такое любовь?
Раневская подумала и сказала:
- Забыла. - А через секунду добавила: - Но помню, что это что‑то очень приятное.
На том же вечере Раневскую спросили:
- Какие, по вашему мнению, женщины склонны к большей верности - брюнетки или блондинки?
Не задумываясь, она ответила:
- Седые!
- Вы не поверите, Фаина Георгиевна, но меня еще не целовал никто, кроме жениха.
- Это вы хвастаете, милочка, или жалуетесь?
Великая русская актриса Александра Яблочкина пребывала в девицах до старости.
Как‑то она спросила у Раневской, как, собственно, занимаются любовью. После подробного рассказа Раневской Яблочкина воскликнула:
- Боже! И это все без наркоза!!!
Сотрудница Радиокомитета N. постоянно переживала драмы из‑за своих любовных отношений с сослуживцем, которого звали Симой: то она рыдала из‑за очередной ссоры, то он ее бросал, то она делала от него аборт… Раневская называла ее «жертва ХераСимы».
- У меня будет счастливый день, когда вы станете импотентом, - заявила Раневская настырному ухажеру.
Расставляя точки над i, собеседница спрашивает у Раневской.
- То есть вы хотите сказать, Фаина Георгиевна, что Н. и Р. живут как муж и жена?
- Нет. Гораздо лучше, - ответила та.
У Раневской спросили, не знает ли она причины развода знакомой пары. Фаина Георгиевна ответила:
- У них были разные вкусы - она любила мужчин, а он - женщин.
- Фаина Георгиевна, на что похожа женщина, если ее поставить вверх ногами?
- На копилку.
- А мужчина?
- На вешалку.
- Если женщина говорит мужчине, что он самый умный, значит, она понимает, что второго такого дурака она не найдет.
Раневская возвращается с гастролей. Разговор в купе. Одна говорит: «Вот вернусь домой и во всем признаюсь мужу».
Вторая: «Ну, ты и смелая».
Третья: «Ну, ты и глупая».
Раневская: «Ну, у тебя и память».
Отправившись - от нечего делать на гастролях днем - в зоопарк, артисты увидели необычного оленя, на голове которого вместо двух рогов красовалось целых четыре.
Послышались реплики:
- Какое странное животное! Что за фокус?
- Я думаю, - пробасила Раневская, - что это просто вдовец, который имел неосторожность снова жениться.
Однажды Раневская спросила Ахматову:
- Кто муж овцы? Ахматова сказала:
- Баран, так что завидовать нечему.
Разгадывают кроссворд:
- Женский половой орган из пяти букв?
- По вертикали или по горизонтали?
- По горизонтали.
- Тогда ротик.
Опять отгадывают кроссворд.
- Падшее существо, пять букв, последняя мягкий знак?
Раневская быстро:
- Рубль!
Актеры обсуждают на собрании труппы товарища, который обвиняется в гомосексуализме: «Это растление молодежи, это преступление…»
- Боже мой, несчастная страна, где человек не может распорядиться своей жопой, - вздохнула Раневская.
Как‑то в 60‑е годы Раневская и еще несколько артисток ее театра поехали по путевке на Черное море. А муж одной из ее товарок достал путевку в другой санаторий этого же курорта. Потом Фаина Георгиевна рассказывала:
- И вот раз муж пришел навестить жену. Прогуливаются они по аллее, и все встречные мужчины очень приветливо раскланиваются с его женой.
Муж заинтересовался:
- Кто это?
- Это члены моего кружка…
Затем все вместе пошли провожать мужа до его санатория. Видят, там многие женщины раскланиваются с ним.
- А кто это? - спрашивает жена.
- А это кружки моего члена.
- Н. относится ко мне, как к собаке, - жаловалась Раневская. - Даже хуже! У собаки есть меховое манто, а мне о нем приходится только мечтать.
- Лесбиянство, гомосексуализм, мазохизм, садизм - это не извращения, - строго объясняет Раневская. - Извращений, собственно, только два: хоккей на траве и балет на льду.
Если женщина идет с опущенной головой - у нее есть любовник! Если женщина идет с гордо поднятой головой - у нее есть любовник! Если женщина держит голову прямо - у нее есть любовник! И вообще - если у женщины есть голова, то у нее есть любовник!
Союз глупого мужчины и глупой женщины порождает мать‑героиню. Союз глупой женщины и умного мужчины порождает мать‑одиночку. Союз умной женщины и глупого мужчины порождает обычную семью. Союз умного мужчины и умной женщины порождает легкий флирт.